24 декабря 1909 года, 110 лет назад, накануне 50-летнего юбилея со дня рождения А.П. Чехова, в санатории при станции «Крюково» Николаевской ж/д была открыта Чеховская комната с бесплатным «полным содержанием и комфортом в память незабвенного Антона Павловича Чехова для нуждающихся литераторов и врачей». 

Чехов Чехов Чехов Чехов

На это событие откликнулось сразу несколько крупных печатных изданий: «Нива», «Биржевые ведомости», «Новое время». И неудивительно: в этот день в санаторий приехали не только близкие родственники А.П. Чехова (жена О.Л. Книппер, сестра М.П. Чехова, брат И.П. Чехов), но и многие яркие представители московской интеллигенции — писатели, артисты, врачи, общественные деятели (В.И. Немирович-Данченко, И.А. Бунин, С.А. Нилус, И.И. Попов, С.С. Голоушев, А.И. Южин-Сумбатов, Н.О. Правдин, В.Ф. Лебедев и другие).

Над дизайном Чеховской комнаты трудились несколько художников и фотографов. «Эта комната оборудована специально для предоставления полного покоя интеллигентному труженику, нуждающемуся в укреплении нервов. В комнате этой все напоминает Чехова: много его портретов, занавеси, затканные чайками, обширная библиотека, в которой находится полное собрание чеховских произведений, и проч.». По случаю открытия комната, несмотря на зиму, была убрана зеленью и выглядела очень нарядно.

Комнату освятили, затем читали отрывки из произведений А.П. Чехова, была исполнена кантата А.А. Ильинского памяти Чехова, а завершилось мероприятие банкетом. Жена И.А. Бунина Вера Муромцева-Бунина, сама не попавшая на праздник из-за болезни, в книге «Жизнь Бунина. Беседы с памятью» писала: «Мне было жаль, что я не попала на открытие. Ян [И.А. Бунин] хорошо рассказывал, как они с Нилусом по дороге в Крюково попали в один вагон с Иваном Павловичем Чеховым, как тот угощал их водочкой, пирожками и еще чем-то, все вынимая из корзинки, представлял, как он говорил. <…>. В санатории после освящения комнаты был завтрак, очень обильный, и много вина. Холод был сильный <…>».

«Нива», самый популярный русский журнал рубежа веков, поместила в №17 за 1910 год большой отчет об открытии с фотографиями, благодаря которым мы можем увидеть гостей праздника и интерьер комнаты. «Нива» горячо приветствовала открытие: «Мысль хорошая, добрая! И как можно лучше чествовать память А.П. Чехова, как не созданием такой и подобной ей комнат в разных санаториях во всех уголках России? Литераторы и врачи. Люди, всю свою жизнь и деятельность посвятившие на служение и пользу человечеству, по большей части материально не обеспеченные, расстроившие свое здоровье в борьбе с общественным злом и, надо сказать правду, с общественным же равнодушием к их усилиям, к их полной самоотверженной жертвы жизни. Кому, как не им, следует отдохнуть в комнате имени Чехова, соединявшего в себе литератора и доктора, всю жизнь свою тоже положившего на борьбу с болезнью душевной и телесной русского общества и самого всю жизнь страдавшего, больного, утомленного жизнью и наконец так рано угасшего — кто знает — может быть, оттого, что во времена его материальной нужды, его забот о своей семье и ее необеспеченности, не нашлось в России уголка, где бы спокойно пожить 2-3 месяца, не думая о завтрашнем дне, не нуждаясь, пользуясь бесплатно необходимым утомленному человеку покоем и лечением».

Предполагалось, что для писателей Чеховская комната в санатории будет служить 8 месяцев, а для врачей — 4 месяца в году. И те, и другие могли пользоваться всеми благами, предлагавшимися пациентам. А санаторий был высококлассный: всего в часе езды от Москвы по железной дороге, среди хвойного леса и живописной местности (в районе дер. Баранцево), большой, великолепно оборудованный по последнему слову науки, гигиены и комфорта. Здесь были водопровод, канализация, собственная электростанция с нефтяным двигателем, телефон, налаженное подсобное хозяйство (скотный двор, птичник, оранжереи), лодочная станция, своя домовая церковь. «Прогулки по дивному парку, катание с горы, лыжи, бильярд, шахматы, танцы и флирт… Мертвый час полагалось проводить в меховых мешках на открытой веранде», — описывал свое пребывание в санатории художник В.Н. Яковлев в автобиографической повести «Жизнь Ильи Сатина». Врачи (Н.А. Вырубов, Ю.В. Каннабих, Г. Роршах, Л.Я. Белобородов и др.), помимо активного отдыха и режима, использовали водолечение и даже психоанализ. В «санаторию» принимались состоятельные «усталые от жизни и с ослабевшими нервами люди. Способ лечения: собрать в больном его рассеянную на мелочи личность, окружить всеми удобствами комфорта, избавить его душу от раздражающих трений и вернуть семье и обществу укрепившегося духом и телом деятеля».

Впрочем, нельзя сказать, чтобы комната имела потрясающий успех, по крайней мере, поначалу. В газетах попадались объявления такого рода: «"Чеховская" комната при Крюковском санатории (ст. «Крюково», Никол. ж. д.) в настоящее время свободна» («Русское слово» от 3 сентября (21 августа) 1910 года); «представителям литературы и науки, желающим воспользоваться безвозмездным отдыхом и лечением», предлагалось обращаться в дом Востряковых на Б. Дмитровке (ныне дом №15), где базировались Художественный кружок и Чеховская комиссия, или лично к П.А. Сергеенко – писателю, земляку и знакомому Чехова, проживавшему тогда в Клину.

В 1918 г. санаторий, вместе с Чеховской комнатой, и вовсе прекратил свое существование.

В Музее Зеленограда сохранились путеводители по санаторию и несколько фотооткрыток начала ХХ века с видами его интерьеров и территории.