Воспоминания космонавта Алексея Губарева о военном детстве в Чашникове.

"Мне было десять лет, когда окончательно и бесповоротно кончилось мое детство. Грянула война. В деревне остались только женщины, старики и дети. Осенью вал войны докатился до стен Москвы. Но прежде он прошел через наше село, подмял его под себя, растоптал и растерзал. Чтобы уцелеть, оставшиеся жители едва успели уйти в лес и зарыться там в землю, иначе негде было бы укрыться от снарядов и пуль. Метеорные потоки горячего свинца, град осколков беспрерывно прочесывали лес, свистели и щелкали по сосновым и березовым стволам, срезали ветки деревьев, рикошетили. И это продолжалось день за днем, не прекращаясь ночами. Пошла уже вторая неделя, а люди всё сидели в землянках, и есть было нечего, начался голод. А в брошенной деревне в подвалах осталась картошка… Но фашисты держат ее под прицелом. Голод все-таки выгнал нас с матерью из землянки. Нет, мы не обезумели, но нашими мыслями завладел расчет на какую-то несбыточную удачу: а вдруг нас никто не заметит? Не успели мы выйти на опушку леса, как вокруг нас взметнулись фонтанчики мерзлого снега, и совсем рядом просвистели пули. Одновременно мы услышали рокот пулеметной очереди.
- Ложись, сынок! – только и успела крикнуть мама, но еще быстрее она сбила меня своим телом с ног и укрыла собой от опасности.
Фашистский пулеметчик выпустил еще две очереди. Он знал, в кого стрелял, он забавлялся: я слышал хохот, донесшийся из пулеметной ячейки. Когда же мы, отлежавшись от пережитого страха близкой смерти, отползли до спасительных деревьев и, укрываясь за стволами, бросились бежать, снова ударил пулемет. Но сосны родного леса, осыпаясь корой и сбитыми ветками, покрываясь белыми ранами, прикрыли нас.
Десять дней мы жили в аду, каким был крюковский рубеж обороны Москвы, на котором остановили фашистов, рвавшихся к сердцу нашей Родины. Враг был отброшен. Когда фашистов выбили из Чашникова, мы хотели вернуться домой. Но страшная картина предстала перед нашими глазами. Совхоз был разрушен и сожжен. Там, где вдоль дорог еще вчера цепочками тянулись аккуратные избы, чернели сплошной полосой пепелища, над ними вихрилась от студеного ветра сарая зола. Над пепелищами, как надгробья, возвышались изрешеченные осколками печи. Жизнь здесь была невозможна. Без скарба и средств к существованию, с голыми руками и стужей в душе мы покинули эту разоренную дотла землю и эвакуировались на восток, в Куйбышевскую область, снова поселились в селе Гвардейцы" (А. Губарев, "Орбита жизни", М.: Молодая гвардия, 1990. С. 13-15).

Воспоминания космонавта Алексея Губарева           Воспоминания космонавта Алексея Губарева